понедельник, 21 марта 2011 г.

Прокурор Кехиопуло не любит конкурентов

http://rumafia.com/ru/material.php?id=232

Заместитель прокурора Санкт-Петербурга Феофил Кехиопуло, похоже, задался целью  преследовать импортёров, конкурирующих с ГК «Апекс». В отношении соответствующих лиц с удивительной регулярностью возбуждаются уголовные дела по  очевидно надуманным основаниям. Интересно, что дела эти инициируются именно теми ведомствами, которые подконтрольны господину Кехиопуло.

 

Первый «Аккорд»

В конце весны 2010 года Феофилу Кехиопуло по каким-то причинам не понравилось ООО "Аккорд", которое занимается импортом и оптовой торговлей лакокрасочной продукцией. Сам высокопоставленный прокурорский работник нигде официально о своих вкусах, конечно, не заявлял. Однако летом 2010 года после довольно странного обращения в Санкт-Петербургскую транспортную прокуратуру (которую тогда возглавлял господин Кехиопуло) от некоего Тимофея Боера, бывшего адвоката, лишённого статуса из-за поступков, несовместимых с требованиями адвокатской этики, Управление по налоговым преступлениям (УНП) питерского ГУВД  заинтересовалось "Аккордом".

Интерес выразился в проведении исследования документов компании за период с 1 января 2007 года по 31 мая 2010-го.  Специалист-ревизор УНП после проведённой проверки сделал весьма обтекаемый вывод: мол, вполне возможно, что "Аккорд" задолжал бюджету около 43-х миллионов рублей налогов, если не заплатил их. А заплатил или нет - непонятно, потому что в ходе исследования были изучены далеко не все документы компании.

Следует заметить, что это - чистая правда: в редакции имеется копия справки налогового органа, из которой чётко следует, что, в том числе, за указанный в результатах исследования период у "Аккорда" задолженности по налогам нет.

Впрочем, данное обстоятельство никоим образом не повлияло на отношение к "Аккорду" правоохранительных органов. В конце октября 2010 года в Следственном управлении при УВД по Калининскому району Петербурга в отношении "неустановленного лица, осуществлявшего фактическое руководство ООО "Аккорд" было возбуждено уголовное дело по части 2 статьи 199 УК РФ ("уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с организации в особо крупном размере").

При возбуждении данного уголовного дела почему-то остался незамеченным ещё один нюанс: для возбуждения уголовного дела по 199-й статье УК федеральное законодательство требует обязательного решения налогового органа о привлечении налогоплательщика к ответственности. В данном случае такого решения не было и быть не могло – потому что у налоговых органов претензий к «Аккорду» нет. Но люди в погонах предпочли таких нюансов не замечать.

Заметим, что как раз в то время, когда решался вопрос о возбуждении данного уголовного дела, Феофил Кехиопуло покинул транспортную прокуратуру и занял пост заместителя прокурора Петербурга. Прокуратура Петербурга, напомним, для возбудившего странное уголовное дело Следственного управления при УВД по Калининскому району является надзирающим органом...

 

Неустановленный «Велес»

Кроме того, Феофилу Кехиопуло, видимо, категорически не понравилась ещё одна компания, конкурирующая с ГК «Апекс»  – ООО «Велес». В середине прошлого года подчинённые господина Кехиопуло, возглавлявшего тогда Санкт-Петербургскую транспортную прокуратуру, стали проявлять интенсивный интерес к партии лакокрасочных материалов, которые «Велес» ввёз в Россию через Балтийскую таможню. В транспортной прокуратуре решили, что данная поставка является контрабандной.

Решение мотивировалось тем обстоятельством, что в инвойсе, выставленном грузоотраправителем «Riverford Limited» оказалась печать другой компании – «Europe Star Corporation». Никто не спорит – это нарушение. Но по закону, оно может повлечь за собой лишь административную ответственность. Привлечение к уголовной ответственности за контрабанду допускается лишь в том случае, если речь идёт о перемещённых через границу товарах стоимостью от 1.5 миллиона рублей. Ввезённый же груз оценивался примерно в 1.2 миллиона – причём, оценивали сами таможенники через процедуру корректировки таможенной стоимости.

Но подчинённых Феофила Кехиопуло это ничуть не смутило.

Артём Зоточкин, заместитель санкт-петербургского транспортного прокурора, обратился в Торгово-Промышленную палату Санкт-Петербурга с просьбой определить рыночную стоимость ввезённого груза. Видимо, для надёжности господин Зоточкин просил экспертов ТПП установить рыночную стоимость товара, хотя любой связанный с таможенным бизнесом человек знает: российские таможни оперируют не рыночной стоимостью, а так называемой таможенной – на основании которой и производится исчисление таможенных платежей. Причем, рыночная и таможенная стоимости товаров – как говорится, две большие разницы.

Результат работы ТПП оказался предсказуемым: стоимость товара на основании сомнительных прайс-листов оценили более, чем в 3.5 миллиона рублей. Это как минимум в разы превышало стоимость соответствующих товаров на прилавках магазинов (при перерасчёте), что противоречит даже простому здравому смыслу.

Зато, сия нехитрая манипуляция позволила отделу дознания Балтийской таможни (поднадзорной Санкт-Петербургской транспортной прокуратуре) возбудить уголовное дело в отношении ещё одной группы, видимо, неугодных Феофилу Кехиопуло неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 188 УК РФ – «контрабанда».

 

И снова «Велес»

А месяц назад в Следственном управлении при УВД по Кировскому району Петербурга в отношении очередной группы неустановленных лиц было возбуждено ещё одно «контрабандное» уголовное дело – на этот раз по части 4-й 188-й статьи УК РФ – «контрабанда, совершённая организованной группой». Предусмотренное данной статьёй наказание допускает лишение свободы до 12-ти лет. Фабула нового уголовного дела пока не разглашается, однако, недавно в рамках этого уголовного дела допрашивался генеральный директор ООО «Велес». Пока в качестве свидетеля.

 


Фред Блейк, «Rumafia.com»

Как шеф питерской полиции сделал город криминальной столицей

http://rumafia.com/ru/material.php?id=237

В середине февраля арестованный экс-депутат Госдумы Михаил Глущенко дал показания следователям СК РФ, что расстрел в 1999 году председателя совета директоров Балтийской финансово-промышленной группы Павла Капыша «заказал» лидер тамбовской ОПГ Владимир Кумарин. В ближайшее время бывшему ночному «хозяину» Санкт-Петербурга могут быть предъявлены соответствующие обвинения. Сейчас ему уже инкриминирована целая серия убийств и рейдерских захватов.

Однако столь широкого списка претензий со стороны правоохранительных органов Владимир Кумарин вполне мог избежать.  Как удалось выяснить Rumafia, в свое время ГУВД Санкт-Петербурга (ныне – полиция) предприняло попытку защитить лидера «тамбовских» и других «авторитетов» от возможности быть обвиненными по резонансным уголовным делам - преступления хотели «повесить» на двух других гангстеров, однако в ситуацию вмешалось ФСБ РФ.

В результате между милиционерами и контрразведчиками развернулась настоящая «война», выплеснувшаяся уже на федеральный уровень: с взаимным прослушиванием телефонов, постоянной слежкой друг за другом, сбором компромата и даже фабрикацией уголовных дел.

В ходе расследования даже дважды допрашивался нынешний шеф питерской полиции (ГУВД) Владислав Пиотровский, контрразведчики перед этим собрали массу доказательств его связей с мафией. Но все это так и не привело к его отставке или уголовному преследованию. Пиотровский по-прежнему «борется» с мафией и преступностью, поскольку за него вступились очень высокопоставленные покровители в Кремле.

Корреспонденту Rumafia удалось встретиться с одним из участников этой войны (он служит на Лубянке), который на условиях анонимности согласился рассказать, как развивались события. Мы приводим его рассказ почти полностью и с минимальными дополнениями, поскольку корреспонденты Rumafia в Петербурге проверили и нашли подтверждение всем публикуемым ниже фактам.

                            Ментовской Петербург

Вот этот рассказ от первого лица:

«В 2008 году мы прибыли в Санкт-Петербург для того, чтобы участвовать в расследовании ряда «заказных» убийств и рейдерских захватов. Первое, что удивило в городе - это огромное влияние, которое имеет местное ГУВД (городская полиция). В других регионах главенствующую роль среди силовиков играют местные Управления ФСБ (контрразведка). А в Питере оперативное сопровождение по громким делам, разработку чиновников, закулисные игры с лидерами преступных группировок, охрану свидетелей по резонансным расследованиям [до нашего приезда] осуществляли милиционеры (с 1 марта 2011 года они переименованы в полицейских, а милиция – в полицию, – прим. Rumafia). Это выглядело особенно удивительно на фоне того, что все руководство ФСБ России состоит из выходцев из Санкт-Петербурга. Также на стороне ментов была городская прокуратура и Генеральная прокуратура.

 Нас еще в Москве предупредили, что сотрудники ГУВД будут всячески осложнять нам жизнь. И действительно, оказалось, что все прибывающие из столицы следователи и оперативные сотрудники ФСБ сразу попадают в Питере под плотную опеку милиционеров. За нами чуть ли не от вокзала устанавливалось наружное наблюдение, делались попытки так называемых подходов. В общем, нам сразу дали понять, что из столицы России мы попали в совершенно другую среду, где общероссийские правила и уставы не действуют.

Главная цель милиционеров была всеми силами если не развалить переданные нам для расследования уголовные дела, то как минимум направить их в «нужное» русло.

         Долгое время в Санкт-Петербурге действовало четыре крупные группы рейдеров. Первую возглавлял Владимир Кумарин (сменивший фамилию и в последнее десятилетие именовавший себя Барсуковым), имевший связи во всех эшелонах власти и потому долгое время остававшейся «неприкасаемым». Вторую группу возглавлял Бадри Шенгелия. Он считался партнером Кумарина, но последний не раз говорил, что готов Шенгелию «слить», особо не держался за этого человека.

        

В третьей группе лидером был Михаил Слиозберг по кличке Миша Купчинский (сейчас он скрывается от следствия в Израиле), человек уникальный – прямо «плоть от плоти» питерской милиции. Он и руководители ГУВД Санкт-Петербурга разработали настоящее ноу-хау в рейдерских захватах. Действовала схема следующим образом.

Владимир Сыч боролся с мафией и служил ей

Вначале представители Слиозберга топорно приносили в налоговые инспекции липовые договора купли-продажи долей в фирмах, зданий, по которым  и переоформляли объекты на своих людей – за взятки налоговые инспектора ничего не проверяли и вносили изменения в госреестр прав собственности (ЕГРЮЛ). Пострадавшие, понятно, шли с заявлениями в ГУВД, некоторые - лично к начальнику этого ведомства Владиславу Пиотровскому.

Нынешний шеф полиции всех «терпил» отправлял к своему подчиненному - заместителю начальника УБОП (Управление по борьбе с оргпреступностью при ГУВД – то есть, собственно, отдел городской полиции по борьбе с мафией) Владимиру Сычу, у которого заявители неожиданно находили самый радужный прием. Сыч обещал найти преступников, строго их наказать, недвижимость вернуть в кратчайшие сроки. Короче, всячески располагал к себе терпил.

Довольные и успокоенные потерпевшие от гангстеров ждали хороших новостей, а вскоре к ним приезжали подчиненные Сыча (тоже полицейские) и заявляли, что якобы назначена графологическая экспертиза документов, на основании которых мафиози перерегистрировали в налоговой инспекции собственность потерпевших на своих людей и фирмы. Эта экспертиза, объясняли сычевские борцы с мафией, должна показать: представленные в налоговые инспекции договора были поддельными.

Сотрудники милиции на вполне официальных основаниях, просили потерпевших «для экспертизы» написать в конце двух листов чистой бумаги свои ФИО и поставить подписи. Дальше листы с автографами передавались юристу Слиозберга-Купчинского и, внимание, на них наносились тексты договоров купли-продажи тех же отобранных объектов! При этом поддельные договора коррумпированные налоговики просто уничтожали, так что от них не оставалось никаких следов.

А договора с настоящими автографами владельцев зданий представители Миши Купчинского относили к следователям местной милиции-полиции, которые и занимались расследованием дел о рейдерских захватах. Следователи по указанию своего руководства назначали только весьма «узкую» экспертизу – о подлинности подписей продавцов на договорах. И, естественно, получали заключение о подлинности этих подписей – ведь потерпевшие, доверяя борцам с мафией, и подписывали эти листы собственноручно.

Дело в том, что более широкая экспертиза непременно показала бы: тексты договоров были нанесены на листы позже, чем на них появились росписи продавцов. Но такую экспертизу следователи городской полиции не делали. А выдавали на руки людям Слиозберга результаты экспертизы с заключением о том, что подписи на договорах подлинные, а также и сами оригиналы договоров. Ни в одном деле о рейдерских захватах, совершенных людьми Миши Купчинского, не оказалось оригиналов договоров.

Когда следователи Следственного комитета при прокуратуре России (теперь – СК РФ, ведомство с начала 2011 года отделено от прокуратуры и является самостоятельным органом следствия), присланные из Москвы для борьбы с питерской мафией, допрашивали следователей ГУВД, те в один голос заявляли: «Про то, что можно провести расширенную экспертизу, мы, люди отсталые, не знали»; «А оригиналы договоров возвращали, так как боялись хранить их в деле – ведь это ценные документы, чья подлинность установлена экспертизой, и они могли пропасть».

Таким образом, все письменные доказательства преступления - поддельные договора купли-продажи оказывались уничтожены, а на руках у людей Слиозберга были договора с настоящими подписями продавцов, да еще и подтвержденные экспертизой от городской полиции. Идеальное преступление. Позже «правая рука» Кумарина Вячеслав Дроков дал показания в СК РФ, как он однажды спросил у Слиозберга: «Миша, а как тебе удается получать настоящие подписи?» Купчинский рассмеялся и ответил: «Через ментов можно сделать все, что угодно». И тут же предложил услуги по получению чистых листов с подписями продавцов «тамбовским» (к этому преступному сообществу относят «ночного губернатора Петербурга» Кумарина, Дрокова, Глущенко и многих других арестованных в рамках дел о рейдерстве и убийствах). Понятно, за весьма неплохую плату. 

Четвертую группу рейдеров возглавлял гангстер Андрей Леухин по кличке Медведь, который постоянно конфликтовал с Кумариным и Слиозбергом.

Найти крайних

Огромное количество не раскрытых «заказных» убийств и рейдерских захватов в Санкт-Петербурге не только сильно бросалось в глаза руководству ФСБ России, но и становилось год от года просто неприличным – Питер постоянно оправдывал и укреплял свое звание криминальной столицы России, которое получил еще во время гангстерских войн в 1990-х годах. Вот тогда руководство ГУВД совместно с «авторитетами» и придумало совместную спецоперацию, которая проводилась в два этапа: вначале все расстрелы и взрывы, в первую очередь, совершенные «тамбовскими», попытались «повесить» на гангстера из Сибири Олега Маковоза, а потом все рейдерские захваты – на Леухина-Медведя.

В обсуждениях деталей этой спецоперации принимали участие и главный «борец с мафией» Сыч, и шеф городской милиции-полиции Пиотровский, и Миша Купчинский с Кумариным. Причем «ночной губернатор» заявил, что готов «отдать» правоохранителям еще и Бадри Шенгелию, чтобы постановочность этих дел не выглядела столь уж очевидной.

В результате все те преступления, которые сейчас инкриминируют Кумарину, могли еще несколько лет назад «нагрузить» на Маковоза и Леухина. Для этого все было готово: десятки свидетелей давали следствию «нужную» информацию, в подконтрольных шефу полиции и мафии СМИ стали появляться соответствующие статьи, ГУВД и городская прокуратура активизировали в рамках разработанной схемы. И тут летом 2007-го года генеральный прокурор Юрий Чайка дает добро на арест Кумарина. В Питер из Москвы приезжают следователи и сотрудники ФСБ РФ вместе со столичными следователями, чтобы самостоятельно заняться расследованием наиболее громких дел.  

«Нам не нужны «смотрящие» из Москвы»

Особенно жесткая схватка между ФСБ и ГУВД развернулась из-за фигуры Олега Маковоза, ближайшего сподвижника «вора в законе» Владимира Тюрина (кличка Тюрик). Когда-то Маковоз отвечал за силовые операции в группировке Тюрика «Десятка», потом сам стал «авторитетом» и гангстером. Тюрик, в свою очередь, является близкой связью одного из самых влиятельных «воров в законе» Аслана Усояна (Дед Хасан).

Именно Тюрину Усоян поручил следить за интересами своего клана в Санкт-Петербурге, а «глазами, ушами и руками» Тюрика в «северной столице» был Маковоз. Он располагал своей группой киллеров, которую возглавлял Денис Долгушин. Долгушин знал подробности большинства крупных «заказных» убийств в Санкт-Петербурге, поскольку или лично их совершил, или участвовал в подготовке преступлений, или знал о деталях от знакомых исполнителей. Настоящий кладезь информации.

Именно Долгушин, кстати, разработал в свое время операцию по устранению гангстера Константина Яковлева (кличка Костя Могила). В 2003 году между Дедом Хасаном и Могилой возникли серьезные разногласия по ряду коммерческих проектов. Чтобы контролировать ситуацию Дед Хасан несколько раз отправлял Тюрика из Москвы в Санкт-Петербург, во время одного из визитов «смотрящий» от воров в законе прямо в аэропорту столкнулся с Яковлевым.

Тот разговор сразу перерос в ссору. Яковлев сказал Тюрику примерно следующее: «Передай Деду Хасану, что мы тут в Питере без всяких «смотрящих» разберемся, нечего к нам никого присылать».  Тюрик информацию передал, после этого участь Кости Могилы была предрешена. 25 мая 2003 года во время визита в Москву Яковлев был расстрелян мотоциклистами.

А вскоре после этой ликвидации Долгушин решил расправиться и со своим боссом Олегом Маковозом. Причин тому было несколько. Во-первых, Долгушину кто-то «шепнул», что его «заказал» сам Маковоз. Во-вторых, Долгушину к тому времени надоела роль обычного киллера. Он рассчитывал, что после смерти Маковоза сможет занять его место. Тем более, убийство всегда можно было списать на месть со стороны людей из банды Кости Могилы. 14 октября 2003 года в Санкт-Петербурге киллеры буквально изрешетили машину (всего было выпущено около 90 пуль), в которой находился Маковоз. Но он остался жив. После этого Долгушин понял, что жизнь его больше ничего не стоит, и оказался в объятиях представителей ГУВД Санкт-Петербурга. Произошло это не без содействия тамбовских. По некоторым данным, Владимир Кумарин лично провел беседу с Долгушиным.     

В результате «кладезь информации» вначале дал показания обо всех убийствах, к которым Маковоз действительно имел отношение. А потом, согласно совместной спецоперации полиции и мафии, начал рассказывать о том, что Маковоз якобы «заказал» убийства, которые на самом деле совершили «тамбовские». На Маковоза «вешали» одно преступление за другим, сам он вот-вот мог сломаться и признаться, короче, все шло, как «по маслу».

Оперативное сопровождение по делу осуществляли сотрудники ГУВД Санкт-Петербурга, под личным руководством шефа городской полиции Владислава Пиотровского. И тут некстати появились мы, сотрудники ФСБ РФ из Москвы вместе с прокурорскими следователями. Если бы не наше вмешательство, то Кумарина и судить было бы практически не за что - за все преступления в криминальной столице России ответили бы Маковоз и Леухин. Нашей главной целью было отсечь от Маковоза милиционеров, не дать навешать на него убийства «тамбовских» и вывести из-под полного контроля ГУВД Долгушина. Тут-то и началась основная схватка.

В постели с прокурором

Как это ни банально звучит, события разворачивались в духе американских боевиков или сериалов типа «Ментовские войны». ФСБ взяло под свою усиленную охрану Маковоза, а ГУВД под свою - Долгушина. Обе стороны организовали друг за другом постоянное наружное наблюдение и прослушивание телефонов оппонентов, начался сбор компромата. В частности, мы выяснили, что сотрудники ГУВД и прокуратуры испытывают какую-то настоящую любовь к Долгушину, причем порой в прямом смысле этого слова.

В своих разговорах менты и прокурорские называли его не иначе как «Дениска» и носились с ним «как с писаной торбой». Все, что Дениска не пожелает, тут же сотрудники ГУВД ему организовывают. В результате наша наружка постоянно наблюдала за их совместными походами в лучшие гостиницы, бани, рестораны, ночные клубы. Нынешние полицейские разве только с ложечки не кормили этого прожженного киллера.

В одну из таких бань, облюбованных Дениской и сотрудниками ГУВД, была установлена камера наблюдения. Мы наблюдали, как Дениска там выпивает с ментами. Потом в бане появилась сотрудница городской прокуратуры, помогавшая поддерживать гособвинение по многим делам, рассматриваемым в судах Санкт-Петербурга. И вот эта женщина уединяется с Дениской, и они начинают прямо в бане заниматься сексом. Позже выяснилось, что киллер и прокурор уже давно являются любовниками.

Стоит отметить, что прокуратура во всех судебных процессах требовала для Дениски, на счету которого десятки человеческих жизней, условные сроки. Произошло это не сразу. На первом процессе в 2005 году гособвинитель попросил для Долгушина 15 лет тюрьмы. Тогда слушания срочно были прерваны. Шеф питерской полиции-милиции Владислав Пиотровский лично поехал в Москву, в Генпрокуратуру. После этой поездки слушания возобновились, но прокуратура уже запросила для киллера восемь лет «условно». После этого Долгушину вплоть до 2009 года давали только условные сроки.   

Шеф полиции подчинялся охраннику экс-мэра

Тем временем сам Маковоз, попав под защиту ФСБ, тоже разговорился. Он дал информацию об убийствах, к которым имел отношение Кумарин, а также рассказал о своих взаимоотношения с нынешним шефом полиции Петербурга Владиславом Пиотровским. Познакомились они еще в 1990-х годах, когда Маковоз контролировал в Санкт-Петербурге одно из частных охранных предприятий, а Пиотровский был главным сыщиком Петербурга - начальником криминальной милиции в ГУВД.

В результате Пиотровский предложил Маковозу сотрудничать как с ним, так и с другим заметным персонажем «бандитского Петербурга» - Романом Цеповым, бывшим начальником охраны мэра Анатолия Собчака. Собчак был мэром города после краха СССР в 1991-м году - с 1991 по 1996 годы, в 1996-м он не был переизбран, а должность главы городской администрации стала называться «губернатор». Кстати, заместителем мэра Собчака в 1990-х был сотрудник КГБ СССР Владимир Путин, который в 2000-м году стал вторым президентом новой России.

Цепов после отставки Собчака руководил частным охранным предприятием «Балтик-Эскорт», имел общие дела с главным мафиози Петербурга Кумариным, но де-факто был неформальным «смотрящим» за ситуацией в Петербурге от президента Путина с самыми широкими полномочиями. Этими неофициальными полномочиями его наделил другой бывший охранник экс-мэра Собчака – генерал Виктор Золотов, который стал в 2000-м году начальником Службы личной охраны президента Путина. В итоге Цепова отравили в 2004-м году тем же ядовитым веществом, что и укрывавшегося в Лондоне экс-сотрудника ФСБ Литвиненко в 2006-м. Убийцы Цепова, как и убийцы Литвиненко не найдены и не осуждены до сих пор.

Впрочем, без «проколов» не обошлось. Маковоз в обмен на показания просил иногда разрешать ему выбираться в город: сходить в сопровождении сотрудников ФСБ в ресторан или к девушкам. Обычно оформлялось это так: следователь давал разрешение на перевозку Маковоза из СИЗО в больницу для проведения обследования, а на самом деле он под охраной отправлялся развлекаться. Все эти «вылазки» проводились в условиях повышенной конспирации. Но несколько таких походов по дамам засекла «наружка» ГУВД Санкт-Петербурга, которая передала информацию в подконтрольные мафиозному шефу полиции СМИ, а в итоге поднялся большой скандал. 

Кстати говоря, громкий скандал в отношении самого Пиотровского пока так и не привел к его отставке. Наоборот, благодаря грамотному PR-сопровождению, явные его проколы были представлены публике как достоинства.  Президент России Дмитрий Медведев (избран в 2008-м году на четыре года, до 2012-го) пытается бороться с коррупцией среди чиновников и правоохранителей – правда, в основном на словах. Но первый шаг – контроль за доходами сделан, и теперь все госслужащие, сотрудники спецслужб и полицейские обязаны ежегодно подавать декларацию о доходах. В итоге выяснилось, что шеф питерской полиции официально получил доход в 2009-м году больше президента Медведева и премьера Путина вместе взятых: порядка 28 миллионов рублей (около $1 миллиона). Но это вовсе не насторожило руководителей государства, их бдительность усыпил начальник их охраны Виктор Золотов.

Вообще четких победителей в схватке «за Маковоза» - нет. С одной стороны, от «авторитета» удалось «отсечь» убийства, которые совершили «тамбовские». С другой стороны, большей части информации, полученной от Маковоза, в частности, в отношении шефа полиции Пиотровского, хода не дали. В июне 2009 года суд приговорил Маковоза за заказанные им убийства к 23 годам колонии строгого режима, а его же бывший киллер (непосредственно исполнявший убийства) Долгушин получил всего пять лет и три месяца лишения свободы. Причем и этот срок он не отсидит. На днях мы выяснили, что ГУВД Санкт-Петербурга совместно с прокурорскими уже начали готовить бумаги, чтобы Долгушин вышел на свободу условно-досрочно. Скорее всего, это может произойти уже летом 2011 года. Ведь питерские менты крайне боятся, что в колонии Долгушин сломается и расскажет, как на самом деле развивались события вокруг Маковоза и Кумарина, о роли в этой истории руководства ГУВД в целом и Владислава Пиотровского в частности.   

                   Как поклонник Жеглова сломал людей Кумарина

Одним из главных противников ГУВД и прокуратуры стал следователь СКП РФ (теперь СК РФ) Олег Пипченков, который и руководил всеми расследованиями в Санкт-Петербурге. Человек он весьма своеобразный. Большую часть жизни Пипченков занимался расследованием дел о бандитизме, убийствах, деятельности ОПГ. Он всегда говорил, что его любимым героем является Глеб Жеглов.

Для Пипченкова не существует каких-то полутонов - все либо белое, либо черное. В результате по многим делам был явный перебор с обвиняемыми. Самый большой «урожай» был собран на расследование о рейдерском захвате «Фрунзенской плодоовощной базы» (ФПБ), в рамках которого обвинения предъявили аж 25 фигурантам. Потом, правда, от претензий к большинству этих людей отказались.

Пристальный интерес к истории с ФПБ был потому, что через это дело можно было зацепить лично Владислава Пиотровского и потенциального заинтересанта того захвата – главного банкира Петербурга Александра Савельева, который является акционером и руководит банком «Санкт-Петербург».

ФПБ принадлежала пожилому бизнесмену Семену Абрамовичу Шубику. Потом ее захватили люди Слиозберга. Шубин через какие-то свои связи сумел договориться о встрече с шефом городской милиции-полиции Пиотровским, рассказал ему о случившемся. Начальник ГУВД отправил потерпевшего Шубика к «главному борцу с мафией» Сычу, пообещав, что тот во всем разберется. Ну а дальше сработала описанная выше схема.

 Подчиненные Сыча взяли у Шубика «для экспертизы» росписи на двух листах бумаги, на которые потом юристами Миши Купчинского были нанесены тексты договоров. Впрочем, милиционеры допустили серьезный прокол. Когда Шубик писал целиком свои ФИО, он нервничал, в результате ошибся, зачеркнул несколько букв, потом их исправил. Опера не стали просить бизнесмена переписать ФИО, и в результате на договоре подпись оказалась со всеми этими исправлениями. Серьезная улика для следствия.

Руководитель столичной следственной бригады Пипченков начал «трясти» сначала Слиозберга, а потом замначальника УБОПа Сыча и  самого начальника ГУВД Пиотровского. Миша Купчинский довольно быстро удрал в Израиль. Он объявлен в розыск, но получить его из этой страны практически невозможно – оттуда России не выдают обвиняемых в экономических преступлениях.

«Борец с мафией» Сыч на всех допросах постоянно врал. Более лживого и косноязычного человека вообще найти сложно. Пиотровского допрашивали дважды. Он признал факт встречи с Шубиным, но заявил, что отправил его к Сычу, поскольку считал того отличным профессионалом. О Сыче шеф полиции отзывался крайне положительно, заявлял, что он один из лучших работников и ни к каким рейдерским захватам отношения не имеет.

Про свое знакомство с Мишей Купчинским говорил крайне уклончиво. В результате в суд в статусе обвиняемых удалось отправить только Сыча и его подчиненных.  Несмотря на многократные обращения, от руководства не удалось получить добро на то, чтобы «дожимать» Пиотровского. Хотя на него скопилась целая стопка показаний, решения о привлечении к ответственности начальника ГУВД  нет до сих пор.

Что касается других рейдерских захватов, то дела поначалу двигались тяжело, однако потом арестованные один за другим начали сотрудничать со следствием. Для этого Пипченков придумал своеобразное «ноу-хау». Он прекрасно понимал, что Генпрокуратура в силу свой дружбы с ГУВД Санкт-Петербурга и негласной поддержки Кумарина, в судах не станет просить для людей, сотрудничающих с СК РФ, условные сроки. А без этого механизма было практически невозможно «разговорить» нижестоящих членов мафиозно-рейдерских кланов.

Поэтому Пипченков предлагал фигурантам дел в качестве «платы» при сделках со следствием вот что: он не станет предъявлять новые обвинения, обвинения по тяжких статьям и т.п. А взамен они должны начать сотрудничать.  Одним из первых стал давать показания Шенгелия (арестован осенью 2006 года). Он и раньше догадывался, что его «слил» Кумарин, но, что-либо говорить просто боялся. Потом Кумарин сам оказался за решеткой (арестован летом 2007 года), и Пипченков поставил перед Шенгелией вопрос ребром: либо на него повесят целую серию рейдерских захватов и, возможно, убийств, либо он даст показания.

И тут Шенгелию «понесло». Он рассказал и про Кумарина, и про Дрокова, и про Сыча, и про братьев Цветковых (активные участники тамбовского ОПС), а также про множество других людей. Гораздо сложней была ситуация с «правой рукой» Кумарина - Дроковым.  Он вначале не хотел сотрудничать, и тогда ему преподнесли хороший практический урок. В 2009-м году он получил по одному из дел о рейдерских захватах срок в 15 лет тюрьмы (даже Кумарину суд дал на год меньше – 14 лет). После этого Пипченков все-таки «доломал» Дрокова.

Следователь заявил, что выбор у того небольшой. В случае дальнейшего отказа от сотрудничества, ему будут предъявляться автоматически все те же обвинения, что и Кумарину, в том числе и в убийствах. А это означает, что Дроков на свободу не выйдет уже никогда. Если же он начнет давать показания, то срок за рейдерство станет для него единственным, и больше никаких обвинений не будет. В результате Дроков сломался, и оказался еще более болтливым, чем Шенгелия. Он не только про Кумарина дал показания, но и про Слиозберга, с которым часто общался, и про Леухина, про тех же Сыча и Пиотровского. Рассказал, как планировали все рейдерские захваты повесить на Леухина.

Если говорить тут о какой-то порядочности среди всех персонажей, то больше всех следствие удивил Леухин (арестован весной 2006 года). Он отказался давать любые показания, даже на того же Кумарина, который поспособствовал тому, что Медведь-Леухин оказался за решеткой.

                            Война продолжается

Когда все сотрудники оперативно-следственной группы Пипченкова еще находились в Санкт-Петербурге, сотрудники местных милиции-полиции и прокуратуры угрожали, что последствия этой войны они ощутят на себе. Похоже, люди свое слово сдержали.

Так, в защите Маковоза принимал участие бывший зампрокурора ЦАО Москвы, а ныне адвокат Руслан Паркин. А дело в отношении Сыча вел близкий друг Паркина – следователь СКП РФ Андрей Гривцов. Когда оба они вернулись в Москву, то за ними установил наблюдение Департамент собственной безопасности МВД РФ. Именно туда с заявлением о вымогательстве взятки в $20 млн обратился бизнесмен Владимир Палихата.

Палихата, кстати, когда-то являлся деловым партнером все того же Романа Цепова (отравленного, напомним, в 2004-м году), дружен с вдовой Собчака – сенатором Людмилой Нарусовой. В результате адвоката и экс-прокурора Паркина, на которого хоть какие-то доказательства были, объявили в розыск. А в январе 2010 года сотрудники ДСБ задержали следователя Гривцова, который работал в нашей выездной оперативно-следственной бригаде в Питере – хотя его причастность к требованию взятки вообще ничем не подтверждалась.

Тем не менее Генпрокуратура тут же стала требовать, чтобы Гривцов был арестован судом, что поначалу и произошло. Тут же к следователю в камеру пришел сотрудник МВД и в обмен на наказание «всего в 2-3 года тюрьмы» потребовал дать показания, будто бы большая часть из $20 млн. предназначалась руководителю питерской оперативно-следственной бригады Пипченкову.

Также от Гривцова хотели услышать о якобы имевших место многочисленных подлогах и нарушениях при расследовании дел в Санкт-Петербурге. В результате Мосгорсуд недавно изменил Гривцову меру пресечения на подписку о невыезде, но закрыть дело в отношении него не позволяет Генпрокуратура. Она же отказывается утверждать обвинительные заключения по делам об убийствах, обвинения по которым предъявлены «ночному губернатору Петербурга» Кумарину.

Так что наша война продолжается, теперь она идет преимущественно в Москве».      

Dan Rossignol, Well Miller, Rumafia.com